- Быть честной? Зеленая дичь! Чепуха!
Да есть ли что выше, чем радость греха?!

Однажды такой они подняли крик,
Что в гневе проснулся косматый старик,
Великий Колдун, раздражительный дед,
Проспавший в пещере три тысячи лет.

И рявкнул старик: - Это что за война?!
Я вам покажу, как будить Колдуна!
Так вот, чтобы кончить все ваши раздоры,
Я сплавлю вас вместе на все времена!

Схватил он Любовь колдовскою рукой,
Схватил он Измену рукою другой
И бросил в кувшин их, зеленый, как море,
А следом туда же -- и радость, и горе,
И верность, и злость, доброту, и дурман,
И чистую правду, и подлый обман.
Едва он поставил кувшин на костёр,
Дым взвился над лесом, как черный шатер,
- Все выше и выше, до горных вершин.
Старик с любопытством глядит на кувшин:

Когда переплавится все, перемучится,
Какая же там чертовщина получится?

Кувшин остывает. Опыт готов.
По дну пробежала трещина,
Затем он распался на сотню кусков...

И... ПОЯВИЛАСЬ ЖЕНЩИНА...

Я бываю такая разная,
то капризная, то прекрасная,
то страшилище опупенное,
то красавица Мисс Вселенная,
то покладиста, то с характером,
то молчу, то ругаюсь матерно,
то в горящие избы на лошади,
то отчаянно требую помощи,
дверью хлопну - расставлю все точки,
то ласкаюсь пушистым комочком,
то люблю и тотчас ненавижу,
то боюсь высоты, но на крышу
выхожу погулять темной ночкой,
то жена, то примерная дочка,
то смеюсь, то рыдаю белугой,
то мирюсь, то ругаюсь с подругой.
Не больна я, не в психике трещина -
просто Я -стопроцентная ЖЕНЩИНА …/из Инета/

Конечно, ты привык: ..мудра, спокойна,
Улыбчива… И все могу понять.
В гостях Я – леди, украшенье комнат..,
И, как положено, в постели бл@дь.

А главное, обиды и измены
Глотаю ловко, словно йог – ножи.
Я стала б идеалом непременно,
Вот только не хватает паранджи…

А можно я поплачу втихомолку?
По-бабьи так... Подушку закушу
И буду выть старательно. Да, волком.
Не обижайся, если разбужу.

А можно я истерику устрою??
Ругаться матом буду как босяк.
Побью посуду. Может, вены вскрою.
Нет! Не по-настоящему, а... так.

Да не пугайся! Просто пошутила.
I`m sorry. Что угодно королю?
Ах, улыбнуться! (скалюсь через силу)
Да, женщина. Да, дура. Да, люблю....

Мама мне сказала - «ты порочная».
Мама мне сказала - «ты игривая».
Ты б гордилась, мама, лучше дочкою.
Дочка, говорят, твоя - красивая.

Мама мне сказала - «ты доступная».
Ты не слушала бы, мама, нарекания,
Дочь твоя бывает неприступною,
Дочь твоя не верит обещаниям.

Пусть кому-то где-то как-то нравилась,
Целовалась до изнеможения…
Дочь твоя играет не по правилам,
В ночь летит, не чувствуя скольжения.

Мама, ты не веришь, а я - сильная!
Я упрямая и закалённая!
Поцелуи - те, что не сосчитаны,
Не сменяю на слова учтённые.

Мама обо мне не беспокоится.
Мама говорит, что я порочная.
…Под глазами тени от бессонницы…
Я устала, мама. Я - непрочная...

У женщин детская открытость -
Опасный знак,остеригись.....
Так развалясь играет в сытость
На солнышке лесная рысь,
Мурлычет ласково и льстиво,
Внушая жертве чувство силы,
И превосходства - ах, пустяк,
На свете много кошек лишних..
И вдруг прыжок костей растяг -
И у тебя на шее хищник
Сосуды рвет, дробит костяк -
Узнай как лжет порой поверхность...
А там под кожею седьмой
Погребены любовь и нежность
И детский смех, убитый тьмой...

О, женщины, вы в ожидании сильного члена
Покоя не знаете. В нем назначенье
И жизни и смерти у вас, и предел всех мечтаний,
Венец всех желаний, открытых и скрытых.
Когда раздраженье и гнев на мужей изольете,
Они усмирят вас введением члена.
Душа ваша - в члене отважном. Религия - в щелке.
И нет ничего больше в женской натуре!
Полный силы, полный жизни, вот он в фердж мою стучится.
Вот вошел в нее. Забился в ней, как угорь в западне.
Вот трудится в ней работой постоянною и дивной,
Проскользнув в нее от входа аж до донышка сперва,
А потом, начавши справа, повернув, стучит налево
И, почти наружу выйдя, резко движется вперед.
А затем он трет головкой язычок у устья щелки
И, войдя в меня обратно, завершает сладкий труд.
А потом его хозяин вновь мои целует щеки...
И покусывая нежно всю меня - от губ до пяток,
Зажигает вновь желанье и пылание внутри.
И завидя это, быстро наклонившись надо мною
И раздвинув мне колени, он целует мой живот.
А потом кладет мне в руки совершенное орудье,
Чтобы в дверь моих владений им я стукнула сама.
Вот и снова он - в пещере. Вот и снова он в работе...
Вот и вспыхнуло звездою пламя общей нашей страсти...
Но помедли, мой любимый: из меня не уходи.
Пусть, усталый и горячий, он внутри меня побудет -
И тогда без всякой грусти мы закончим этот день.

Шейх Нефзауи, "Сад благоуханный"

Она проснулась, потянулась, И голой подошла к окну. Пол сотни мужиков свихнулось, пол сотни - вытерли слюну. Камаз в Черроки въехал в дверцу, упал, с под неба вертолёт, схватился в скверике за сердце - седой, почтенных лет народ. Случилось в озере цунами, Вулкан изверг поток страстей, стояли с вздутыми штанами - у дома дядьки всех мастей. Сошёл с орбиты спутник малый, На дубе вспучилась кора… Она зевнула, и сказала: - Вот скука! Всё, как и вчера